Содержание:
Когда Чапаев не утонул
пути Отокэ с успехом сумеет внушить ему мысль, что его наставник Хэйтан малость сдвинулся в уме после пережитых невзгод. Тяжко представлять своего мастера-наставника безумным... и чтобы не думать о его сумасшествии, Ари изо всех сил попытается отогнать от себя воспоминания о наставнике... сперва только попытается, а там, глядишь, и забудет... и об этих странных и страшных словах тоже забудет... как раз их-то он и вычеркнет из своей памяти в первую очередь: ведь они и были первым проявлением надвигающегося безумия. Нет, Ари не опасен... а вот Хэйтан... Хэйтан — совсем другое дело. Интересно, как давно он догадался? И почему рискнул обнародовать свою прозорливость? Должен ведь понимать, чем рискует...
Хотя чем он таким рискует? Всего-навсего жизнью. Кигирэ каждый день, каждую минуту рискует несравненно большим. И лишь поэтому он чинит постылые колчаны и подкармливает безымянных. Да, насчет безымянных он когда-то неплохо придумал. Они бегают к нему, чтобы отсидеться после очередной проделки, и жалуются на суровость наставников... они полностью доверяют безобидному добродушному старикашке, а он... он знает их, как никто из мастеров. Он знает свой клан, как никто.
Оказывается, и такого знания бывает недостаточно. Он-то думал, что изучил Хэйтана вдоль и поперек — и лично, и по рассказам его учеников... а вот поди ж ты! Не ожидал Кигирэ от этого в общем-то заурядного воина такой прыти.
Однако опасен Хэйтан или нет — сейчас Кигирэ был ему почти благодарен. Ведь это Хэйтан предоставил ему возможность тряхнуть стариной. Идти, расправив плечи, ступать по земле, как и подобает воину, глядеть во все глаза, ощущать запах еще сокрытой от взгляда приближающейся осени. Трава еще совсем зеленая, разве с чуть заметной прожелтью, и листва на деревьях целым-целехонька, в воздухе уже чувствуется легкий запах прели, скрытый ароматами трав... Он уже и забыл, что трава, прогретая солнцем, и прохладная трава, притаившаяся в тени, пахнут настолько по-разному... что ж, Кигирэ будет милосерден к Хэйтану. Если ему только представится такая возможность.
Хэйтан ожидал его на коленях, склонив голову и вытянув руки перед собой. Ну-ну. Интересно, в чем это он каяться собрался?
— Мастер Кигирэ, — глуховато произнес Хэйтан. — Я ожидал чего-то в этом роде... но, признаться, не ожидал, что это будете вы.
— Полагаю, вину свою ты видишь не в этом, — сухо заметил Кигирэ, усаживаясь на мягкий мох рядом с Хэйтаном.
— Моя вина в том, что я воспитал предателя, — ровным голосом сообщил Хэйтан.
Брови Кигирэ удивленно поднялись.
— Рассказывай, — потребовал он.
Не подымая головы, Хэйтан рассказал обо всем, что услышал в допросной камере из уст Хэсситая. Кигирэ ни разу не перебил его. Рассказ Хэйтана был обстоятельным и точным. Можно смело ручаться, что ни одной подробности он не упустил.
— В общем-то мальчик прав, — задумчиво промолвил Кигирэ. — Правда, не совсем понятно, откуда он об э
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51