Содержание:
Когда Чапаев не утонул
утит даже блеск обнаженной стали... так статочное ли дело — пасовать перед нахальными мальчишками? И Байхин улыбался, отшучивался и ел, хотя ему давно уже кусок в горло не лез.
— Дяденька ученик, — ехидно пропел чей-то язвительный голос.
— А ну заткнитесь, босота! — внезапно скомандовал сиплый фальцет. И в зале мгновенно воцарилась тишина.
Обладатель сиплого голоса, смугловатый тощий мальчишка лет семи, протолкался к Байхину. Почтительное молчание, с которым прочие ученики, даже и постарше годами, подчинились его приказу, объяснялось просто: на впалой щеке мальчишки красовалась наколка — полосатый мячик, наведенный тонким контуром. Байхин нервно сглотнул, не в силах отвести глаз от рисунка. Формально этот пацан еще считается учеником — но ему уже присвоен ранг мастера, пусть и самый низкий. Он уже имеет право работать без разрешения и сопровождения учителя. И невелика беда, что рисунок едва обозначен: уж если парень в семь лет ухитрился заработать мастерскую наколку, то полосатый мячик очень и очень скоро запестреет новыми красками.
Мальчик упер руки в боки, уставился на Байхина долгим неподвижным взглядом, потом усмехнулся и хлопнул ладонью по столу.
— Пойдем, — скомандовал мальчишка. — Потолковать надо.
Байхин безропотно встал и последовал за сипатым пацаненком.
Именно он из них двоих старший, хоть и годами малость не вышел.
Во дворе было свежо; дневной жар миновал, и на усталом ночном небе проступила звездная испарина. В ярком лунном свете строгое лицо мальчишки выглядело причудливо взрослым.
— Садись, — приказал мальчишка, указывая Байхину на груду пустых ящиков. Байхин поддернул штаны и осторожно сел. От ящиков отчетливо тянуло соленой рыбой. Мальчишка опустился на соседний ящик, вздохнул и замолчал. Байхин терпеливо ждал.
— Я тебе одну штуку сказать хочу, — нарушил молчание мальчик. — Только тебе. Не протреплешься?
— Ну что ты, — успокоил его Байхин.
— Из всех нас у меня самый паршивый наставник, — совсем уж сипло сообщил мальчишка. — Нет, он меня не бьет, ты не думай просто он ничего толком не умеет. Из него жонглер, как из дубины букет.
Сравнение Байхина не удивило: он его уже слышал от Хэсситая. Но вот остальное... просто в голове не укладывается!
— А как же... это? — недоверчиво промолвил Байхин, указывая рукой на почти невидимую в лунном свете наколку своего неожиданного собеседника.
— А это — я сам, — резко ответил мальчишка. — Ну, чего пялишься? Сам, говорю. За другими жонглерами приглядывал. Кумекал помаленьку. Если голова и руки не из задницы растут... очень даже можно.
Байхин обомлел, только теперь сообразив, что в глазах паренька сиял не отблеск лунного света — в них полыхал огонь неумолимого фанатичного стремления к цели. Ученик не вправе уйти к другому наставнику — но как же хотел стать жонглером этот тщедушный заморыш, если вместо того, чтобы пасть духом, принялся учить
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51