Содержание:
Лешенька-Леонардо
ак не быть, — явно подражая толстяку в его несуетливой степенности, отозвался подручный и удалился.
Байхин проводил его взглядом и вновь улегся, закинув руки за голову.
— Давно бросил мечом махать? — Голос Хэсситая звучал неразборчиво.
— Да почитай, годков пятнадцать, — ответствовал банщик, вовсю трудясь над его спиной. — Вот как мне пузо пропороли, я это дело и бросил. Болел я тогда долго... а потом — ну, вы б меня видели! Худущий, что твоя жердь!
Байхин сдавленно фыркнул: вообразить банщика худым оказалось ему не под силу.
— Нанялся я тогда к здешнему банщику в подручные, — пробасил толстяк, продолжая орудовать. — Одежки выдавать и пересчитывать. Что потяжелей — мне тогда невмочь было. А как банщик помер с перепою, я так при сыне его и остался.
Так, выходит, молодой парень — не подручный, а хозяин?
— Толковый парень, — одобрил Хэсситай. — Заморенный только.
— Это он сейчас заморенный, — возразил толстяк. — А тогда и вовсе не жилец был. Ничего, выровняется. Через годик-другой женю его. В самой ведь уже поре малец.
— Это верно, — согласился Хэсситай, переворачиваясь на спину.
— А вы когда мечом махать бросили, господин киэн? — не без опаски полюбопытствовал банщик. — Или... не бросили?
— Бросил, — лениво отозвался Хэсситай. — Лет уже двадцать, как бросил. Бывает, что и таким, как я, удается другим ремеслом заняться. И до сих пор ни одна душа живая... нет, но надо же мне было на тебя наскочить!
— А вы что же, совсем по баням не ходите? — удивился толстяк.
— Отчего же, — возразил Хэсситай. — Вот только в массажную не заглядываю. И ни разу еще не встречал банщиков из бывших воинов... не в обиду будь сказано.
— Какая тут обида, — ухмыльнулся толстый банщик.
Дело у него было поставлено отменно. Едва только он отнял руки от Хэсситая, как в то же самое мгновение раздался перестук бамбуковин. Младший банщик, облаченный в длинное темно-коричневое одеяние, внес небольшой подносик, уставленный чашками, крохотными мисками с сухим и соленым печеньем, цукатами и тыквенными семечками, а также прочей утварью для приятного поглощения напитков и закуски. В центре подноса красовался пузатый сосуд для кипятка и маленький заварник из тяжелого фарфора с темно-синей подглазурной росписью — старинные вещи, теперь таких не делают, теперь такие покупают у торговцев древностями за бешеные деньги. Вот только эти предметы никогда не слыхивали тяжелого дыхания оценщика из антикварной лавки, не изведали осторожных любовно-алчных прикосновений знатока всяческих редкостей. Их не купили, дабы потрафить моде на старину. Просто их приобрели очень давно — может, прадедушка прадедушки нынешнего владельца пленился их тяжеловесным изяществом, — а потом их любовно берегли из поколения в поколение. Небогатые люди обычно куда как ревностно относятся к той малой толике красоты, которая входит в их наполненную трудами жизнь. Сотни и сотни возч
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51