Содержание:
Хоккей Толи Гусева
вать ее ко
всему остальному; все столкнулось, как плывущие по воде щепки, в его
голове. Здесь не может быть никакой связи - просто не может быть.
Я Люсинда Сайлон, сказала она. Было нечто в этом имени и в том, как
она его произнесла - слабая ритмика тона, явно предназначенная, чтобы
придать имени изящество и блеск, - включившее крошечный звоночек тревоги в
его мозгу.
- Вы из "Развлечений"? - небрежно сказал он. Это был хитрый вопрос из
тех, что следовало задавать правильно.
- Ну, нет, - ответила она. - Нет.
Прислушиваясь к тому, как она произносит это, Блэйн не нашел ничего
подозрительного. В ее голосе слышался отголосок трепещущего счастья,
заставившего его предположить, что она, должно быть, из "Развлечений". И
это было так, как должно. Это была реакция, которую проявляло большинство
людей - им льстило предположение, что они принадлежат к баснословной
гильдии "Развлечения".
Он сделал ей комплимент.
- Я бы предположил, что вы оттуда.
Он прямо взглянул на Люсинду Сайлон, наблюдая за выражением ее лица,
но искал и другие признаки.
- Мы здесь умеем судить о людях, - сказал он. - И редко ошибаемся.
Она не сморгнула. Никакой реакции - ни вздрагивания от вины, ни
малейшего смущения.
Ее волосы были цвета меда, глаза синие, как у китаянки, а кожа такая
молочно - белая, что приходилось взглянуть во второй раз, чтобы убедиться,
что она настоящая.
Не много у нас бывает таких, как она, подумал Блэйн. Обычно приходят
старые, больные и разочаровавшиеся. Отчаявшиеся и потерпевшие крушение.
- Вы ошиблись, мистер Блэйн, - сказала она. - Я из "Образования".
Он записал в блокноте "Образование" и сказал:
- У вас очень хорошее имя. Легкое для произношения. Оно хорошо бы
пошло на сцене. - Он оторвал взгляд от блокнота и продолжал, улыбаясь -
заставляя себя улыбаться вопреки растущему в нем необъяснимому напряжению:
- Однако, это не просто имя, я уверен в этом.
Она не улыбнулась, и он мельком подумал, не сказал ли неловкость. Он
быстро пропустил в уме слова, которые только что сказал, и решил, что не
был бестактным. Вы знаете, как управлять людьми, вы должны знать, как
управлять ими. И вы отлично знаете, как управлять собой - как заставить
свое лицо выражать одно, в то время как вы думаете совсем другое.
Нет, слова его были комплиментом, и не из самых плохих. То, что она
не стала улыбаться, может что-то значить - или не значить ничего, не
считая того, что она умна. Норман Блэйн не обрадовался, что Люсинда Сайлон
умный и самый невозмутимый клиент, какого он когда-либо видел.
Хотя невозмутимость сама по себе не слишком необычна. Сюда приходят
невозмутимые люди - невозмутимые и расчетливые, рассчитавшие
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52