Содержание:
Скандал
ула она только тогда, когда ты ее приласкал. Что она мурлычет сквозь сон твое имя и ручкой ищет твою руку.
- Достаточно, - Геральт встал, - а то я уж готов и вовсе взволноваться. Бывай, бородач. Мои поклоны Калантэ. А относительно Цири... Придумай что-нибудь.
- Тебе не уехать, Геральт.
- От Предназначения? - Ведьмак подтянул подпругу трофейного коня.
- Нет, - сказал друид, глядя на спящую девочку. - От нее.
Ведьмак покачал головой, вскочил в седло. Мышовур сидел неподвижно, копаясь прутиком в погасшем костре.
Геральт отъехал тихо, через вереск, доходящий до стремян, по косогору, ведущему в долину, к черному лесу.
- Гера-а-альт!
Он обернулся. Цири стояла на вершине холма, маленькая, серая фигурка с развевающимися пепельными волосами.
- Не уходи!
Он помахал ей рукой.
- Не уходи, - тихо всхлипнула она. - Не ухо-о-оди!
"Я должен, - подумал ведьмак. - Должен, Цири. Потому что... Я всегда ухожу".
- Ничего у тебя не получится все равно. Вот увидишь! - крикнула она.
- И не думай! Не убежишь! Я твое Предназначение, слышишь!
"Предназначения не существует, - подумал он. - Не существует. Единственное, что предназначено всем, это смерть. Именно смерть - второе острие обоюдоострого меча. Одно - это я. А второе - смерть, идущая за мной по пятам. Я не могу, мне нельзя подвергать опасности Цири".
- Я - твое Предназначение! - донеслось до него с вершины холма, тихо, отчаянно.
Он тронул коня пяткой и поехал вперед, словно в бездну углубляясь в черный, холодный и подмокший лес, в дружелюбную тень, во мрак, которому, казалось, нет конца.
НЕЧТО БОЛЬШЕЕ
1
Когда по доскам моста вдруг зацокали копыта, Йурга даже не поднял головы, только тихо взвыл, отпустил колесо, с которым мучился, и со всей доступной резвостью вполз под телегу. Распластавшись, сдирая спиной шершавую корку засохшего навоза и грязи, покрывающую снизу дно повозки, он дрожал и прерывисто повизгивал от страха.
Конь медленно приблизился к телеге. Йурга видел, как он осторожно и мягко ступает по прогнившим, омшелым доскам.
- Вылезай, - сказал невидимый наездник.
Йурга щелкнул зубами и втянул голову в плечи. Конь фыркнул, топнул.
- Спокойно, Плотва, - проговорил наездник. Йурга услышал, как он похлопывает лошадь по шее. - Вылезай оттуда, человече. Я тебе ничего плохого не сделаю.
Купец ни на грош не поверил в заверения незнакомца. Однако в голосе было что-то такое, что успокаивало и в то же время интриговало, хотя вряд ли можно было назвать этот голос приятным. Йурга, вознося шепотом молитвы нескольким богам сразу, осторожно высунул голову из-под телеги. У наездника были белые, как молоко, волосы, стянутые на лбу кожаным ремешком, и черный шерстяной плащ, ниспадающий на круп каштан
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52